Счастье есть, его не может не быть.
Магия мира или Черный дракон
адрес на фикбуке ficbook.net/readfic/486570
Автор: AniokanA (ficbook.net/authors/AniokanA)
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Светлый/Теневой/Светлый
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Фэнтези, Фантастика, Мистика, POV
Предупреждения: BDSM, Инцест, Твинцест, Групповой секс, Секс с несовершеннолетними, Мужская беременность, Секс с использованием посторонних предметов
Статус: в процессе написания
Описание:
Он последний из своего рода, хватит ли сил его возродить. Хватит ли сил выжить?
Посвящение:
Автору заявки и соавтору по совместительству.
Простите.. ficbook.net/authors/%D0%9F%D1%80%D0%BE%D1%81%D1.....
Публикация на других ресурсах:
А смысл? Но все равно - НЕТ!!!

Глава 5.

POV близнецов.

Наши дни проходили в тренировках и изучении всех возможных противников, и так бы это и продолжалось, если бы однажды нас не пригласил к себе для беседы отец. Отказываться от возможности хоть как-то разнообразить будни мы, естественно, не стали. Вот только место для проведения беседы было выбрано на наш взгляд не совсем удачно.
- Почему здесь, отец? - Парни осматривали рабочий кабинет мужчины.
- Ничем не хуже прочих. Здесь никто не помешает и нет вашей матери, которая будет вокруг носиться, и не даст вставить слово, - тут отец был, безусловно, прав, более заботливого и навязчивого существа в природе не существовало. - Проходите, садитесь, - жест рукой в сторону стульев, предназначенных для посетителей, не оставил выбора, - на днях на вашу базу приведут молодняк из академии. Будет там один парень, договоритесь и возьмите его к себе на обучение.
- Почему?
- Зачем? – Вопросы были заданы одновременно и прозвучали как эхо, как дополнение друг друга, посетители переглянулись и посмотрели на хозяина кабинета, ожидая ответа.
- Когда-то я обещал помочь ему и помогаю по мере сил и возможностей. Чувствую, что это важно, очень важно, – он никогда не просил просто так, ради удовольствия или сиюминутной выгоды, только по делу. Наш отец обладает слабым даром предвидения, нет, он не может видеть события будущего, но он чувствует, когда и где произойдет что-то важное и как следует поступить. Вот и сейчас, уж очень ехидно он улыбается, говоря нам о важности своей просьбы, но мы и сами не против, и, переглянувшись еще раз, ответили:
- Мы сделаем, как ты просишь, отец.

И вот теперь стоим и ждем появление группы курсантов, по традиции каждый командир обязан взять на обучение не менее двух воспитанников. А так как нас двое и работаем мы только вместе, то и на воспитание нам отдают четверых дракончиков. А вот и они, смешные. Взъерошенные, напуганные, совсем дети и, если верить документам, самый младший и есть отцовский протеже. Маленький, нам в лучшем случае по плечо, хрупкий до прозрачности, с длинными черными волосами и золотыми глазами, в которых можно утонуть.
- А он ничего, симпатичный, - пробормотал Ларинтириус.
- Эй-эй, с каких это пор ты стал заглядываться на детей, - возмутился Артангинсимус.
- Похоже, с сегодняшних. Ладно, забираем их и домой.
Дом, милый дом. Наш дом – наша крепость, в прямом смысле этого слова, строили мы его сами с помощью дяди, брата отца, который является техномагом* с мировым именем и имеет кучу неопробованных разработок в техномагии*. Вот весь дом и напичкали всевозможными игрушками, вплоть до того, что он может сменить место пребывания, банально перелетев по воздуху на новое место.
Познакомившись и распределив комнаты между дракончиками, объяснив правила проживания, отправили их устраиваться. Первая неделя прошла без осложнений, пока мы не заметили взглядов друг друга, направленных на одного конкретного дракончика.
- Не поделишься ли ты с любимым братом причиной столь пристального внимания к одному конкретному дракончику? – спросил Артангинсимус.
- Ты не представляешь, как я его хочу, не могу с собой бороться, - а в голосе тоска, похоже и у меня голос будет такой же.
- Ну почему же, очень даже представляю. Я ведь чувствую то же самое, а с учетом того, что мы близнецы, то отголоски твоих чувств я отчетливо слышу, и раз они не идут в диссонанс с моими, делаем вывод: мы два извращенца, желающих заполучить в свою постель несовершеннолетнего ребенка. Я прав?
- Прав, брат, как всегда прав, – тут его взгляд полыхнул ненавистью, - Ты знаешь, я дико ревную, он живет в комнате с этим малолетним, похотливым кобелем. Ты видел, как он смотрит на нашего малыша?
- Спокойно, во-первых, он еще не наш, во-вторых, почему ты так уверен, что малыш чувствует то же самое по отношению к соседу?
- Да ты посмотри, как Крилароу смотрит иногда на него!
- Хм. Значит, надо их так нагрузить, чтобы сил только на сон и хватало, - мы переглянулись, план созрел мгновенно, - только бы не перестараться, но нас двое, должны уследить.
Весь год мы старательно держали дистанцию, даже ели отдельно и дома, и на заданиях, научились ходить с более непроницаемыми лицами, чем обычно, стали жестче и злее, наверняка в один прекрасный момент напряжение вылилось бы во что-то страшное, но мы нашли утешение друг в друге. Вот сейчас и лежа на кровати Рин устроил голову у меня на животе, а я перебирал его волосы, попутно массируя голову.
- Скоро последнее задание, после него мы должны будем отпустить малыша.
- Нет! Давай согласимся создать группу, для этого нужны трое, вместе с малышом нас и будет трое. Пару лет на подготовку нам дадут, а малыш, хоть и ребенок, но не младенец же, справится, и у нас будет время его постепенно приручить.
- А остальные?
- А они вполне сложившаяся группа, дадим им рекомендации и посоветуем кому-нибудь взять над ними шефство. В любом случае, их здесь не будет, а значит и мешать не будут, – всё решив для себя, уточнив еще раз мелкие детали, со спокойной душой приступили к выполнению последнего задания.
Вначале все шло вполне предсказуемо: подготовка, переброска на место, поход, пещеры. А вот потом началось.
Когда мы услышали шум над головой, единственное, что успели сделать - это поднять головы, потом нас сбило с ног. Мгновенное чувство полета сменилось ярким светом, порывом ветра и едва слышным стоном рядом. Мы буквально вывалились на поляну рядом со скалистым обрывом на берегу реки, именно здесь любил отдыхать Крилароу и проводить свободное время.
И вот теперь мы смотрели, как этот ребенок еле стоял на ногах, на самом краю обрыва, и его ощутимо шатало. Сделав неуверенный шаг назад, он начал заваливаться на спину, схватили его за руки буквально в последний момент и оттащили от обрыва подальше. Держа на руках бессознательное тело, мы только и могли, что переглядываться, пока действительность не напомнила о себе.
- А ведь он воспользовался теневой магией, никто кроме теневых не смог бы ей воспользоваться, значит... - ошарашено посмотрели на подростка, - он теневой?
- Ты меня спрашиваешь? Единственное что я могу предложить, это то, что его срочно надо где-то спрятать.
- Подожди, у него кровь, он ранен, - остановил меня брат, повернув голову мальчика и откинув его волосы в сторону, брат показал на пятно крови, расползающееся по моей походной рубашке.
- Так, спокойно, прикрой нас щитом, а сам зачисти здесь возможные следы и проследи за парнями, чтобы ничего не случилось, воспользуйся магопортом, только высотным. А мы срочно в лазарет.
Выпустив крылья, я со всей доступной скоростью рванул к дому, благо с оборудованием для медкабинета тоже дядя помог, утрамбовав необходимым оборудованием для всех возможных ситуаций с оговоркой "не опробовано". Только за то время, что мы живем в этом доме, большую часть того оборудования уже опробовали, и кости сращивали, и ткани выращивали для пересадки, и даже восстановили оторванный палец.
Уложив малыша на операционный стол, осторожно его перевернул и, осмотрев рану, облегченно вздохнул. Видать хорошо его каким-то осколком камня приложило во время обвала, но череп целый, только рассечена кожа и сильный ушиб, немного поболит голова, возможно, потошнит, и больше никаких последствий. Обработав и перевязав рану, влил ему в рот укрепляющий элексир, осторожно переложил на кушетку, и вышел. Необходимо как можно скорее избавиться от возможных свидетелей в виде троих подопечных, а для этого надо написать кучу разных бумажек. Не стоит откладывать, пока есть время и возможность – надо спешить.
Прошло, примерно, три часа, как мы оказались дома, а брат уже вернулся с докладом, что мальчишек устроил, задание выдал, местность на наличие опасности и соседей проверил. Вернуться должны через пару дней, тогда и отчитаются о работе.
- Помнишь, когда-то мы говорили, что возможно шантажом заставим Лари переспать с нами, по-моему, сейчас самое время подумать об этом.
- Не думаю, что это хорошая идея. Он нас не простит.
- Он поймет и простит, позже, но поймет. Я не могу больше, я с ума схожу, когда вижу его. Лучше так, чем я сорвусь и не смогу себя контролировать. Это пугает.
Приняв объяснение брата, обговорили возможные последствия принятого решения и, обсудив свое поведение, решили навестить малыша. И какого же было наше удивление, когда мы увидели малыша на полу. Наверное, он хотел сбежать, когда понял, что выдал себя, но, не рассчитав сил, упал. Подняв его, решили перенести на кровать в нашей спальне.
- Может, привязать его? А то напугается, - с этими словами он достал веревки и, накинув не тугие петли на хрупкие запястья, привязал другим концом к спинке кровати.
- Считаешь, очнувшись и обнаружив себя привязанным, он не напугается?
- По крайне мере не навредит себе. А с остальным мы в состоянии справиться.
- Хотелось бы верить…
Хрупкий паренек, лежащий на кровати, вызывал от плохо контролируемого желания обладать и желания защитить от возможной угрозы, себя в том числе, до неимоверной нежности, хотелось сжать в объятьях и не отпускать никогда. Еще раз все осмотрев, активировали дополнительное защитное поле в комнате и, посчитав предосторожности достаточными, решили пойти приготовить ужин. Ведь если все пройдет по запланированному сценарию еда совсем не помешает.
Только закончили готовить, как раздался хлопок и следом звук падающего тела. Со всех ног бросились спасать наше чудо.
- Ты посмотри! Он опять шишку на голове набил, уже третью за сегодня, - рассмеялся брат, рассмотрев лежащего на полу темного, - он просто ходячее несчастье.
- Особенно рядом с нами. Веревки когтями перерезаны, предлагаю, пока малыш спит, подготовить все для игры. Боюсь, что разговаривать он с нами не согласиться.

конец POV

Глава 6

Сколько я уже так лежу? Час? Два? Сутки?
Именно такие мысли с трудом возникали, а еще быстрее исчезали из головы, оставалось только одно желание, чтобы этот кошмар быстрее закончился. Невозможность прикоснуться к себе, сводила с ума, мальчик, лежащий на кровати, бился в путах, плакал, просил, кричал, но так и не был услышан. В какой-то момент все изменилось.
В открывшуюся дверь вошли двое, переглянувшись, они направились к кровати.
- Похоже, все-таки перестарались, - пробормотал один из пришедших другому, опускаясь на край кровати.
- В наших силах все исправить, - ответил второй.
Юноша, лежащий на кровати, метался, словно в бреду. Руки, которые были привязаны к спинке, постоянно напрягались, натягивая ленты, тело его выгибалось от внутренней дрожи, ноги находились все время в движении: раздвигались, сгибались в коленях, или с усилием сжимались, таким образом, парень пытался получить то, что так жаждало тело и то, чему сопротивлялся дух. Но сколько бы не бился, он так и не смог получить разрядку уже на протяжении нескольких часов, казавшихся вечностью.
Прохладные руки прошлись по разгоряченной коже, вырывая стон из потрескавшихся от постоянного облизывания губ, нырнули между ног и, нащупав нужный кристалл на шарике, выключили игрушку, даря секундную передышку, только для того, чтобы, открыв глаза, парень увидел своих мучителей.
- Ненавижу, - полу-всхлип, полу-вздох сорвался с губ мальчика, показалось или в глазах напротив мелькнула боль и разочарование, приправленные пониманием. Но ведь только показалось, такого ведь не может быть. В следующую секунду все стало не важно, ведь такие необходимые сейчас руки снова пробежались по разгоряченной коже.
- Ну, что ты, маленький, мы тебе поможем, только ответь на несколько вопросов, хорошо? – в ответ с губ мальчика сорвался еще один стон.
- Арти, мне кажется, что малышу срочно нужна разрядка, иначе мы вообще ничего не услышим или услышим, но только стоны. Хотя эту музыку хочется слышать снова и снова, - и Рин рассмеялся, устраиваясь между ног мальчика, покрывая открытые участки кожи поцелуями.
С каждым поцелуем, чужие губы спускались все ниже, пока не достигли средоточие боли, терзающей тело. Пройдясь языком по всей длине члена, чтобы в следующий момент оставить мокрый след на напряженной головке. Слегка подув на головку и вызвав еще один стон из плотно сомкнутых губ пленника, Рин одним движением вобрал в свой рот член до основания, мальчик закричал. Глуша крики, к губам жертвы прижался второй близнец, он прошелся языком по губам и, раздвигая их, проник внутрь, пробегаясь языком по деснам и небу, сплетаясь с языком парня, лаская и посасывая губы. Не переставая рукой поглаживать напряженную шею и руки, облаченные в перчатки, не забывая уделять внимание и груди, сжимая напряженные соски, ловя стоны наслаждения, слетающие с губ.
В это время Рин одной рукой нащупал нужный кристалл на приборчике, который все еще находился в попке мальчика, а другой, поддев кольцо, стягивающее основание члена, снял его, одновременно с этим активируя кристалл. Тело на кровати забилось в судороге и парень, закричал теряясь в вихре удовольствия, потерял сознание.
Пребывая в океане блаженства, жмурясь от охватившей все тело истомы, мальчик очнулся от легких прикосновений влажного, и главное, холодного полотенца. Не передать словами, какое это счастье не испытывать того возбуждения, что подчиняло себе раньше, лишая рассудка и способности связно мыслить, превращая цивилизованного дракона в визжащий комок нервов. Хотя, надо сказать, тут он погорячился, возбуждение никуда не делось, только чуть притупилось.
- Очнулся, малыш, нам надо поговорить, прежде чем ты перестанешь себя опять контролировать. Обещай, что ответишь, и тогда мы обещаем помочь тебе справиться с твоей маленькой проблемкой, - так хотелось бы их пленнику поверить в искренность этих слов, если бы только глаза одного не горели предвкушающим огнем, а другого не были бы наполнены похотью.
- Какие вопросы? – обессилено спросил Крилароу. Похоже, что у братьев нет того времени, на которое они рассчитывают, потому что мальчик уже чувствовал, как его все больше и больше охватывает возбуждение, в голове начало шуметь, заволакивая сознание.
- Во-первых: ты теневой дракон? – Что на это ответить Крилароу не знал, наверняка они и так знают ответ, зачем тогда спрашивают? Не знали бы, не держали привязанным. Но и ответить уже был не в состоянии, так как его накрыло той волной возбуждения, что долгое время гуляла по нервам.
- Пожалуйста, - всхлипнув, прошептал малыш, наплевав на гордость и не совсем понимая, что просит, желая быть услышанным и не услышанным одновременно. Близнецы только переглянулись, понимая без слов, что никакого разговора у них не выйдет, все-таки Крилароу еще ребенок и для таких испытаний не готов, и если бы им хватило выдержки еще на пару лет, в идеале на все десять, то все было бы совсем по-другому. Но и упустить такую возможность получить такое желанное существо в свое пользование - не могли. Эгоистично? Да. Только и по другому поступить времени и желания у них не было.
Отвязав ничего не соображающего паренька от кровати и посадив его на колени между собой, прижавшись с двух сторон, начали целовать и покусывать, проходясь руками по оголенной коже.
В какой-то момент весь ужас происходящего все-таки дошел до сознания ребенка и он попытался убежать, дернувшись в сторону, впрочем, попытка заранее была обречена на провал.
- Ну, вот, что ты так дергаешься? Придется опять тебя связать, - с притворным сожалением произнес один из братьев и завел его руки за спину, попросив брата помочь и подержать, чтобы не брыкался. В итоге, надев дополнительные кожаные браслеты на запястья, руки свели за спиной, прижав кисть правой руки к локтю левой и наоборот, после чего связали между собой. В таком положении спина прогнулась, но и корсет потерял свою актуальность, поэтому, его тут же сняли, отбросив далеко в сторону, но дополнительно прицепили небольшие цепочки, которые протянулись от запястий к ошейнику, пересекая спину и создавая еще одну причину, по которой не стоит выпускать крылья, если нет желания их лишиться.
Горячие губы прижались к шее, оставляя красный след из укусов, спускающихся к груди, другие губы оставили такой же путь на плечах.
Тот из братьев, что находился лицом к лицу с пленником, продолжая терзать губы, одной рукой мял попку, другой притянул, уже не сопротивляющееся тело, за талию ближе к себе, заставляя еще сильнее прогнуться в спине и слегка откинуть голову назад, открывая еще больше доступ к шее малыша брату.
В то же время второй, просунув руки между тесно прижатыми телами, одной рукой теребил сосок то поглаживая, то сжимая его, другой сжал напряженный член дракончика, проводя по нему вверх-вниз, с каждым разом все сильнее сжимая руку, иногда проводя пальцем по налитой кровью головке, от чего тело в их руках потряхивало, а дрожь возбуждения только усиливалась.
Крилароу совершенно забыл о том приборе, которым его мучили на протяжении нескольких часов, потерявшись в ощущениях, только вот близнецы о нем не забыли.
А забыл он о нем по той причине, что его выключили и не трогали, а, пребывая на пике удовольствия, легкое распирающее чувство, совсем не отвлекало, до тех пор, пока его не начали вынимать, причем, не переводя в первоначальное состояние. Застонав в голос, парень наклонился вперед, упираясь лбом в плечо близнеца и оттопыривая попку, расставив ножки, уменьшая давление на внутренние мышцы вынимаемой игрушкой.
В процессе извлечения игрушки, парень снова кончил, хрипло вскрикнув. Не давая отдышаться, настойчивые руки, опустившиеся на плечи, заставили еще сильнее наклониться и, чтобы не потерять равновесие, парню пришлось еще сильнее податься назад и расставить шире ноги, которые сразу же зафиксировали телом, оказавшимся между ними. Впрочем, ему бы и не дали упасть, сильные руки, сжимая связанные руки Крилароу, поддерживали его в нужном для близнецов положении.
В губы парня недвусмысленно упирался эрегированный член, тогда как сзади, в уже растянутое игрушкой колечко мышц, проталкивался другой член. Облизав губы, парень лизнул головку члена, но терпение мужчины было на исходе и он толкнулся в глубину рта юноши и, не дав ему привыкнуть, начал вколачиваться еще глубже, вызывая возмущенные стоны и заставляя мышцы ануса сжиматься, отчего стонал уже другой брат, пристроившийся сзади, и вколачивающийся в жаркую дырочку.
Вдвоем они вбивались в послушное тело, удерживая его за связанные руки, наблюдали, как колышутся черные волосы, проскальзывая по простыням, как стекают капельки пота по напряженной и выгнутой спине, слушая приглушенные стоны и еле различимые всхлипы. Вколачивались во все ускоряющемся темпе, чтобы погрузиться в пучину оргазма с громким криком.

- Ты как, нормально? - мужчина погладил юношу по лбу, стирая капельки пота и заглядывая в глаза, желая прочесть ответ на заданный вопрос. Столько участия и неприкрытой заботы прозвучало в голосе говорившего, что не зная всех обстоятельств, после которых этот вопрос был задан, любой бы поверил в искренность говорившего. Вот только Крилароу ни секунды не сомневался, что все это наигранно, неправда, поверить в искренность при всем своем желании он не мог бы.
- Жить буду. А можно меня развязать? – безэмоционально спросил мальчик, если бы все случившееся не произошло с ним, Крилароу подумал бы, что такого случится, не может ни с кем и никогда. А дракону, рассказавшему подобную историю, пришлось бы выслушать получасовую лекцию о вреде распускаемых слухов. Мысли крутились в голове нескончаемым потоком, сменяя друг друга с бешеной скоростью. Апатия, раздражение, смущение, гнев, гордость, злость, призрение, жажда мести. Что из этих чувств дало толчок и вернуло к жизни, к желанию самому распоряжаться своей судьбой Крилароу не знал, но и становится марионеткой в чужих руках или секс-игрушкой не желал. Поэтому, притворившись полностью принявшим свою участь и желая, заручится согласием мучителей, решил ненадолго стать послушным и узнать свою дальнейшую судьбу, встрепенувшись, добавил к сказанному ранее, - обещаю, что сбегать не буду.
Сзади прижалось горячее тело, поцеловав долгожданного любовника в плечико, мужчина отстранился и начал снимать сначала цепочки, потом кожаные браслеты и, наконец, расстегивать ремни на перчатках, сковывающих руки и не дающих разжаться пальцам. Слегка улыбаясь и перевернувшись на спину, парень начал растирать руки от въедливых мурашек, пробегающих под кожей. Мужчины тоже улыбались, не забывая поглаживать такое желанное и сладкое тело, но голодное урчание нарушило хрупкую идиллию. Подскочив, один из близнецов вскочил с кровати и унесся в неизвестном направлении, на ходу крича, чтобы они освежились.

Глава 7

Эйфория и пустота. В душе только горечь и разочарование. И желание отомстить тем, кто испортил, возможно, главное событие в жизни молодого дракона. Тело легкое, кажется, что взлетишь. Голова тяжелая от мыслей, и это держит на земле крепче любого якоря. Хоровод мыслей настолько быстр, что, не успевая сформироваться одна мысль, сменяет другую. Ни одна из них не задерживается, чтобы дать возможность оценить реальность адекватно. И только какая-то фраза на задворках сознания заставляет сосредоточиться и попытаться понять ее смысл, выплывая из небытия.
Освежиться? Было бы неплохо, вот только сил даже пошевелиться нет, а уж, чтобы идти куда-то, об этом и говорить нечего. Только, кто спрашивал у меня мнения или поинтересовался моими желаниями. Просто кто-то подхватил на руки и потащил в сторону купальни, я только пискнуть и успел, а сверху меня уже поливали упругие струи горячей ароматной воды. Комнату окутал легкий запах трав, и, судя по этому запаху, с большой примесью расслабляющих и восстанавливающих трав. У нас в комнатах с ребятами такого не было. Грустно усмехаюсь, кто бы стал тратиться на чужих драконов особыми травами, да еще так, чтобы они с водой в купальни поступали, слишком дорогое удовольствие. Опять разочарование и горечь обиды.
Упираюсь руками в стену, практически полностью расслабляюсь, смывая так раздражающее оцепенение и безразличие. Вдруг по спине пробежались горячие руки, да, возможно, это лучшее средство от апатии. Вздрагиваю, пытаюсь обернуться. Меня прижимают к груди и просят успокоиться, и шепчут, что ничего плохого не будет. И вообще ничего не будет, только примем вместе душ и всё, потом спать. А еще напоминают, что тема с вопросами осталась открытой и избежать ее – не удастся. Но это будет чуть позже, и предупреждают, что в случае если откажусь отвечать, предыдущее наказание покажется детской забавой. Во время всего монолога чужие руки не переставали меня намыливать душистым мылом, растирая спину и грудь, постепенно спускаясь на бедра.
В какой-то момент меня развернули в кольце рук и прижали к холодной стене, от резкой смены температуры я выгнулся, стараясь избежать неприятных ощущений. Еще один поворот и я все также прижимаюсь к чужой груди, но стену уже подпирает мужчина, прижимая к себе с новыми силами. Его возбуждение упирается мне в живот. По щеке, поглаживая, пробегает ладонь и, ухватившись за подбородок, меня заставляют посмотреть в глаза напротив. Восхищение и страсть разлетаются искрами в голубых глазах, которые постепенно приближаются. Мои губы накрывают в жестком поцелуе, увлекая в самый сногсшибательный и страстный поцелуй в моей жизни. Чужие руки продолжают шарить по моему телу. Снова предательство, но теперь собственного тела, желание почувствовать единение с чужой плотью пронзает молнией, неужели действие того чудовищного масла продолжается? Нет, не верю. Разум кричит в попытке образумить, вытащить из замкнутого круга, но проигрывает и лишь на мгновение дарит способность трезво мыслить. Не воспользоваться этим я не могу.
- Хватит уже, я и так весь в мыле, скоро скрипеть начну, - ворчу я, тем не менее, подставляюсь, желая продлить и прекратить одновременно, под такие нежные движения рук.
- Ну, что ты, маленький, я только начал тебя мыть, не спеши, - смеется этот гад в ответ, и прижимается губами к моей шее. Она что, медом намазана, что ли? Не отдавая отчета в своих действиях, откинул голову назад, давая ему еще больший доступ. Тихий стон разлетается по купальне, неужели это я? Это мой стон? Не верю. Краем глаза замечаю застывшего в дверях второго близнеца, смотрящего в нашу сторону голодным взглядом. Замечаю и сразу забываю о нем, переключаясь на руки, которые продолжают меня намыливать, попутно разминая напряженные мышцы.
- Ай!!! Ты что творишь?! Больно же! - представляете, он меня укусил, говорю же, гад зубастый. А он опять только смеется в ответ и впивается в губы, сразу углубляя поцелуй. Его язык сплетается с моим, пробегая по зубам и деснам. Сладко. Хочется еще и еще. Губы уже горят.
Поцелуи, сменяющиеся легкими укусами, спускаются на шею, оттуда на грудь. И вот передо мной уже на коленях шикарный мужчина покрывает поцелуями живот, проникая языком во впадинку пупка, вызывая дрожь удовольствия во всем теле, заставляет содрогаться от страсти. Язык прошелся по головке моего возбужденного члена, слизывая прозрачную капельку, руки мнут попку, подбираясь к запретному. Смотрю на склоненную голову в ожидании, руками зарываясь в мокрые волосы, направляя, буквально заставляя взять в рот пульсирующую плоть. Снизу раздается смешок:
- Что, почувствовал прелесть подобных ласк? - Хочется ударить посильнее, только бы не отвлекался от начатого, не говорил. Что со мной? Никогда не отличался жестокостью. Прислушиваюсь к себе, закрыв глаза, и вижу закручивающуюся воронку теневой магии с причудливыми вкраплениями магии Хаоса. Что-то знакомое, наставник ведь рассказывал. Надо сосредоточиться и я пойму что это. Но момент безнадежно упущен, как только горячие губы обхватывают плоть и язык ласкает венки, все посторонние мысли исчезают. Стою с трудом на дрожащих ногах и если бы не руки, поддерживающие меня за грудь, то... Стоп! Руки? Это ДРУГИЕ руки!
Поворачиваю голову, чтобы понять, кто за спиной, как мои губы начинают облизывать и покусывать. Второй присоединился, ну что же, этого следовало ожидать, не мог же он вечно стоять в дверях и просто смотреть. Переплетает наши пальцы, отрывая одну руку от волос брата и, на миг оторвавшись от губ, закидывает себе на плечи. Да, так гораздо удобнее. Выпрямляется, отрывая меня от пола, поддерживая за талию. Первый мужчина (о, демиурги, когда же я начну их различать), поднявшись с колен, разводит мои ноги, закидывая их себе на плечи, продолжает вылизывать мой член и яички, но теперь у него более открытый доступ и к остальному.
Я далеко не ханжа, хоть и был девственником, но о взаимоотношениях знаю многое, а после наглядной демонстрации, проведенной ранее в спальне, тем более. Но то, что происходит сейчас... Никогда бы не подумал, что ЭТИМ можно заниматься в душе, да еще и в таком положении, практически вися в воздухе, поддерживаемый только руками братьев. Возбуждение и страх слились в непередаваемый коктейль эмоций.
Призрачная возможность мыслить испарилась бесследно, оставив после себя только одно желание. Хочу! Что-то шепчу, прошу, но сам не слышу своего голоса, чужие губы глушат слова и стоны. Ноги опускают, поддерживают под коленями и без подготовки насаживают на горячую плоть, правильно, зачем нужна подготовка, если тело помнит прошлое вторжение. Кричу, захлёбываясь стонами. Горячо, больно. Откидываю голову на плечо стоящего сзади мужчины, дышу прерывисто. Стоят, не двигаются, дают привыкнуть к ощущениям. Руки перемещаются на талию, сжимают, притягивая ближе и насаживая на всю длину. Хриплю и стону, не могу сдержать в себе эти пошлые звуки. Переплетаю ноги за спиной любовника, так легче. Начинает медленно двигаться, постепенно набирая скорость. И вдруг останавливается, а я чувствую как к члену в моей попке добавляется палец и спустя мгновение еще один. Больно, дрожу не в силах справится.
- Больно, хватит, хватит, - молю, а они молчат, не хотят слышать. Да я и не надеялся, что прислушаются. К двум пальцам добавляется третий, растянув до предела. Молчу, не в силах издать ни звука, оцепенение. Отрешенно наблюдаю, как хмурится лицо одного из близнецов, он что-то говорит - не слышу. Больно и страшно. Если раньше все происходило как-будто не со мной, то теперь я здесь, я все это переживаю практически с ясным умом. Оцепенение разбилось от повторного проникновения, растянут до предела. Кричу. Больно. Магия ревет, начинает рвать ауру.
Толчок, и магия замирает. Хорошо. Неужели это из-за взбесившейся силы так больно, а сейчас... Сейчас, все правильно? Поэтому становится приятно? Видимо, да.
Двигаются рвано, не подстраиваясь друг под друга, с каждым движением все сильнее вбиваясь в меня. Губы накрывают в поцелуе, сплетаем языки. В какой момент к языку добавляются пальцы не замечаю, посасываю их одновременно. Вспышка, кровь, темнота...
И только теневая магия, сплетаясь с магией Хаоса, удовлетворенно вздыхают, выполнив предначертанное.

Глава 8

Арти.

Стоило только прозвучать команде мыться, я заметил, как сконфузился наш мальчик. Потому, просто подхватив его на руки, понес в купальню. О, Демиурги, как же я его хотел! Казалось, одного раза будет достаточно, чтобы насытиться его телом, во всяком случае, раньше, с другими, так и было. А сейчас... Чем же этот малыш отличается от всех остальных? Его хочется нежить, оберегать, защищать и... Постоянно любить. Год ожидания и один раз только распалил еще больше.
И вот сейчас, в купальне, я стал судорожно гладить и ласкать такое желанное тело, особенно, когда увидел его позу. Он стоял опираясь руками о стену, выставляя напоказ свою упругую попку, а это кого хочешь сведет с ума. Вот и я не смог сдерживаться, принявшись гладить и ласкать, а темный, видимо испугавшись, шарахнулся от меня. Но я всячески его успокоил, так как и сам понимал, что нам еще многое предстоит выяснить, а уже только потом можно переходить к удовольствиям.
Но все-таки не смог сдержаться. Все вопросы потом, а сейчас... Мальчик так страстно стал выгибаться под моими ласками, что все мысли резко сбежали в неизвестном направлении. Я стал покрывать поцелуями такую соблазнительную шейку, и не удержавшись, укусил, от чего он только взвизгнул.
Почувствовал приближение брата, и чтобы он смог к нам присоединиться, не отвлекая малыша, резко разворачиваюсь вокруг себя, и прижимаюсь к стене спиной. От холода стены мысли встали на положенное им место. Хотя, говоря по правде, в этот раз я совсем не хотел делиться темным с близнецом. Мне хотелось, чтобы он принадлежал только мне одному. Впервые в жизни меня снедала ревность, с которой я никак не мог совладать. Поэтому, приближение братца только подстегнуло к дальнейшим действиям.
И я продолжил начатое, спускаясь все ниже, пока, не выдержав, не опустился на колени и стал медленно облизывать член. Брат, так быстро прибежавший, наблюдал за моими действиями и за тем, как разгорается страсть в нашем малыше, после чего, раздевшись, присоединился к нам. Я видел по его глазам, что сейчас он хочет оказаться на моем месте, но пришлось довольствоваться поцелуями и ласками.
Пока я продолжал отсасывать темному, брат приподнял его, а я закинув ножки темного на плечи возобновил свои манипуляции, подбираясь ближе к его уже пульсирующей дырочке. На всякий случай вставил в нее сразу два пальца, она, после наших прошлых игрищ, оказалась хорошо разработанной. Малыш даже не заметил моих манипуляций, по-моему он уже давно потерял способность мыслить связно, вися в воздухе между нами дракончик извивался, беспрерывно стонал и что-то шептал. Весь его вид кричал - возьми, я не мог отказать. Не в силах больше терпеть я вошел в него, продолжая разрабатывать для проникновения второго члена, уловив желание брата присоединиться.
Малыш стонал, выгибался, пытаясь насадиться поглубже, только сделать на весу это было проблематично. А когда в него вошел второй член, он вскрикнул от боли, но остановиться мы уже не могли. Вокруг нас ощущались отголоски магии. Краем сознания я только и смог отметить, что происходит что-то необычное, но не придал этому значения.
Почувствовав крупную дрожь мальчишки впился ему в губы поцелуем отметив, что брат решил к нам присоединится в поцелуе подставив свои пальцы. Рин же выцеловывал его шею, и я решил тоже подставить свои пальцы в этот поцелуй. Так мы и целовались разделяя два таких непохожих поцелуя на троих, пока нас не накрыл оргазм. Боль от укуса тесно переплелась с полученным удовольствием. Темный же просто отключился, обмякая у нас в руках. С трудом продолжая стоять и поддерживал малыша, посмотрел на искусанную руку. Мало того, что за язык укусили еще и рука пострадала, обижено посмотрел на смеющегося брата.
- Он нас пометил, - хихикнул брат, показывая мне свою руку с таким же укусом.
Осторожно, боясь разбудить мальчишку, домылись и переместились в спальню, решив укутать темного, которого сотрясала мелкая дрожь, в одеяло. Устроившись на кровати, с довольным стоном вытянулся рядом с мальчишкой притягивая его поближе к себе, провалился в сон.
Проснулся я от истерического хохота...

*******

Крилароу

Жарко. Кто включил отопление летом? Найду паршивца - прибью! Попытка скинуть одеяло провалилась. Замотан капитально, не шевельнешься. Немного потрепыхавшись, смирился с неизбежным, придется открывать глаза. Тем более, что на мои попытки выбраться сопение в макушку стало из расслабленного возмущенным, а мою тушку стиснули с двух сторон. Ааааа!!! Спасите! Я же сейчас задохнусь. Так спокойней, вдох-выдох, вдох-выдох и расслабляемся. Хватка постепенно ослабла. Приоткрываю один глаз. Грудь. Голая. Тату. Подозрительно знакомая тату. Поднимаю взгляд от тату к лицу "батареи"...
Ой! Близнецы-маньяки. И чего это мы в одной постели? Память - коварна, когда не надо, все выставит в самом неприглядном свете. Ох, нет! Это не я! Я не мог так стонать, выгибаться и просить добавки. Стыдно-то как. Хотя... Почему мне должно быть стыдно? Я не виноват, это все маньяки! Это они виноваты, совратили дракончика в самом расцвете сил и жизни.
Успокоив совесть, задумался: как же выбраться? Становилось по-настоящему жарко. Думай, голова, думай. А что если...
- Мне в купальню надо, - жалобно, и в голос всхлипывающие нотки добавить, в самый раз будет. Посмотрим, что получится. В предвкушении аж зажмурился. Да, на такой эффект я точно не рассчитывал. В четыре руки меня моментально выпутали из одеяла, да еще и подпихнули для скорости. Одно слово - маньяки, даже не проснулись, а если я сбегу? Вот почему возмущаюсь? Радоваться должен. Отделался малой кровью, вернее, совсем без нее. Только губа почему-то болит, провел по ней языком. Странно, обычно все повреждения проходят за пару часов, а я проспал, судя по всему, часа четыре, мда. Ну, ладно. Что-то я засиделся, пора бежать, пока есть возможность.
Соскакиваю с кровати и чуть не растянулся на полу. Твою ж димиурга мать!
Спину, как впрочем и пятую точку, прострелила боль. Нет, не так. БОЛЬ. Ууу, маньяки! Отомстить бы вам, только некогда мне, бежать надо. Кинул злобный взгляд на братьев, да так и застыл.
Вот это отмстил, так отомстил. Нервное хихиканье сменилось безудержным смехом. Обессилено опускаюсь на пол, продолжая смеяться. Когда смех сменился подвываниями и всхлипами, с кровати раздалось покашливание.
- Малыш, а мы тебе не мешаем? Мы еще спим вообще-то, - а сколько возмущения-то. - Не подскажешь, что такого смешного случилось, что ты нас разбудил таким экзотическим способом?
Губы сами собой растянулись в издевательской ухмылке. Сказать или помучить? Скажу, должен же я получить хоть моральное удовлетворение, если сбежать не удалось. Сам виноват, вместо побега решил посмеяться. Как-будто другого времени не было. Только выбирая между побегом и возможностью посмотреть на их реакцию, однозначно выбираю второй вариант. Тем более, я теперь в более выгодном положении, чем они. И навредить мне или заставить, они теперь не смогут. Скорее уж я на них теперь отыграюсь. От открывшихся перспектив, внутри все сладко затрепетало. Опять отвлекся.
- Ну, долго еще ждать? Говори уже! - рычат мужчины. Ой, смотри-ка, сколько возмущения, а не боимся мы беременных гаэльзи (что-то на подобии мыши-полевки).
- А вы присмотритесь друг к другу, - продолжаю издеваться.
- Нормально все, - бегло глянув на брата, снова повернулся в мою сторону. - Ты можешь сказать уже, что произошло или нет?
- Эээ, Арти, у нас новое тату, и оно мне не очень нравится...
- Что? Какое еще тату? Ммм, вот это тату, да? - Видать увидел, потому как голос к последней фразе едва было слышно.
- ДА!!! - Кричу радостно. Чего же так пугаться-то? Аж подпрыгнули на месте.
- Ты хочешь сказать, что между нами магический союз? И мы... - ну, же скажи уже это. Ну, давай! Что же ты? Такой большой, взрослый и такой не решительный. Придется помочь.
- Супруги, - решительно говорю и ухмыляясь припечатываю, - младшие. Вы - мои младшие супруги!

Глава 9

- Вы - мои младшие супруги!
- Да с чего ты взял!!! - После секундной паузы заорал Арти. После того, как Рин озвучил имя брата, я вдруг понял, что проблема по определению кто есть кто из братьев - решена.
У драконов есть такая необычная особенность - доминирующая стихия "живет" в волосах, то есть по волосам пробегают искры цветом соответствующим стихии. Другое дело, что увидеть это дано не каждому встречному, а только очень близкому родственнику, причем даже родители очень часто никаких искр не видят. Или с личного согласия, что случается еще реже, потому как согласие должно подтверждаться добровольно отданной сырой силой, сопоставимой с количеством необходимым для взрыва среднего города. Другими словами, это почти легенда, все об этом знают, но никто не видел. Я же попал в разряд: знаю, видел, принимал участие, и все это совершенно даром. Ну, почти, в нагрузку достались супруги. В моем нынешнем положении такая особенность неоспоримый плюс, ведь глядя сейчас на своих МЛАДШИХ, как мне это слово греет душу, супругов, я узнавал их заново. Арти, имея более взрывной и страстный характер, щеголял искрами красно-рыжего цвета, значит у него огонь доминирует. Не самый плохой вариант. У Рина же искры зеленые, значит и стихия земли, покладистый, до определенного момента. Это как с вулканом - спит долго, извергается громко, но быстро. Плохо, что после себя может ничего не оставить.
- Приглядись внимательно к татуировке, - чтобы лучше объяснить, решил продемонстрировать наглядно, пришлось ползти к кровати на четвереньках. А что вы хотели, после вчерашнего дня полного событий и приключений на мою многострадальную попку, и еще не менее эмоционального утра, те силы, что были, как-то резко пошли на убыль. Кстати, у меня доминирующая стихия - вода, и чтобы восстановиться мне надо на пару часов слиться с ней, попросту поплавать, ну или в ванной полежать, но это чуть позже, а пока...
- Вот, видишь эти кольца и завитки? - добравшись к кровати, задрал подбородок Рина повыше и ткнул пальцем в новую тату на его шее, на такую бесцеремонность просто не обратили внимания. Видать самому интересно, - они складываются в символ подчинения, а то, что ваша серебряная составляющая тату находится под черной вязью, указывает на младшую сторону союза.
- А может это вовсе не твоя линия? Она ведь даже не полная, а какая-то прерывистая, ни герба ни символа, одни сплошные штрихи и точки!
- Это-то как раз и доказывает, что она именно моя, - вздохнул я, придется им рассказать о ближайших планах на следующий месяц. - Я еще не знаю какой у меня род, ведь никого из родственников не осталось. Следующий месяц я планировал посвятить поиску родовых артифактов, - на этих словах, не смог удержаться от издевательской ухмылки, братьев передернуло, - и вы, как ДОБРОВОЛЬНО вступившие в брачный союз, идете со мной.
- И ничего не добровольно! - яростно закричал Арти. Бесит, как же меня это бесит. Значит, как в постель тащить, так могут, а как брак заключать, то не на тех напали, так что ли? Не выйдет!
- Значит, то, что вы идете со мной вы не возражаете? - съехидничал я, в мою сторону смотрели уже два разъяренных дракона. Немного помолчав, устало пояснил, - даже ваше тату драконов зеркально, и символизируют единение теневых и светлых драконов! Значит подсознательно вы были готовы к такому исходу.
- Не трогай наше тату, нам его выбрали в подарок на совершеннолетие!
- Дай угадаю, этот кто-то имеет дар предвидения. Ведь так? - по растерянным лицам понял, что попал в самую точку. - И после этого вы пытаетесь убедить меня в обратном? В том, что я не прав? Смиритесь, уже ничего не изменить.
- А почему ты решил, что мы с тобой куда-то пойдем? - о, скептицизм Рина проснулся.
- Что вы вообще знаете о магическом союзе? - и не дождавшись ответа, продолжил, - в ситуации когда вы могли помочь, но сознательно ничего не сделали и ваш супруг вдруг погибнет, вы тоже умрете. Этот же принцип действует и в обратную сторону. Так что, хотите вы или нет, но идете со мной. Это и так был бы опасный поиск, а теперь, когда мне пришлось раскрыться, становится во стократ опаснее. И для вас в том числе.
- Нам-то как раз опасаться нечего, мы ведь...
- Погоди, Арти, он прав. Мы стали супругами теневого дракона. Скрыть магически тату невозможно, она перебьет любую магию, пока не закончена. Под одеждой не спрячешь, потому что тату покрывает всю шею и нижнюю часть лица. Не смотря на то, что последнего теневого видели более тысячи лет назад, их до сих пор ненавидят, и всех, кто с ними связан, поэтому, хотим мы или нет, но нам придется скрываться. Только вот где? И еще, - Рин помолчал, задумчиво меня разглядывая, - мне вот интересно, какой у тебя род, если тату такая большая?
- Не знаю, но намереваюсь это выяснить в самое ближайшее время. С вашей помощью, конечно же.
- Значит, если раньше, нам надо было спрятать только одного, то теперь прятаться надо всем троим?
- Вы хотели меня спрятать? - сказать, что я был удивлен, ничего не сказать. Я был в самом настоящем шоке, а братья на мою реплику, только смутились. Прелесть какая, им идет румянец.
- Мы прямо какие-то защитники получаемся.

«... наставник, так зачем мне нужен защитник? - спрашивает маленький дракончик.
- Лари, ты чем слушал? Чтобы уберечь от невзгод и разделить трудную дорогу жизни. Защитник - это не просто дракон, который тебя защищает. Это существо полностью тебе преданное и любящее тебя всем сердцем. Защитником невозможно стать по собственному желанию, это полностью магический выбор мира. Такой чести удостаиваются единицы.
- И как я его должен буду искать?
- А тебе и не придется искать, он сам найдется.
- А как я его узнаю?
- Когда полюбишь всем сердцем, тогда и узнаешь. Ведь любить должен не только он или она, но и ты...»


- Эй, Крилароу, ты где витаешь? - меня довольно бесцеремонно толкнули в плечо. Ну и ладно. Я расплылся в блаженной улыбке, себя-то могу и не обманывать. Просто, вдруг осознал, что безнадежно влюблен в своих командиров. Давно и прочно. Иначе никакого союза бы не получилось. И если братья еще не поняли, что любят меня, я это знаю наверняка. И могу подождать признания.
- Да, Рин, вы мои защитники, мы теперь связаны на остаток жизни, - я вдруг вспомнил еще одно условие магического союза. Как бы им об этом сказать, чтоб не прикопали где случайно. Точно, я ведь хотел искупаться, по-моему у братцев был небольшой бассейн, вот там и пережду бурю. - Пойду поплаваю, а вы пока успокойтесь, - подскочив с кровати ринулся в сторону купальни, проложив путь через столик с закуской, подхватил блюда с фруктами и мясом. Обалденное сочетание, но мне так даже лучше, голодный жуть, уже вторые сутки ничего не ел.
- Да, кстати, - остановился в дверях, придерживая дверь, готовый в любой момент ее захлопнуть, - вы бы пока решили, кто первым из вас рожать будет.
Захлопнув дверь услышал, как в нее врезалась подушка, и я с истеричным смехом сполз на пол. Выводить их из себя станет моим любимым занятием.

Глава 10

POV Рин

Мы с братом были с детства дружны, никогда не заморачивались по поводу партнеров. Но стоило появиться этому темному, стало происходить что-то невероятное.
Наши мысли, чувства, эмоции всегда были общими, так как мы близнецы, незримо связанные между собой. Именно поэтому, для меня стало огромным откровением почувствовать ревность к собственному брату. Более того, раз он не уловил отголосков этой ревности, то можно сделать только один вывод: он тоже ревнует. Но как же нам быть?
Да, в первый раз, накачав мальчишку, мы отлюбили его вдвоем. Но ведь дальше так продолжаться не может. Я, так же, как и близнец, жуткий собственник. А этого мальчишку хотелось все время держать возле себя, ласкать, целовать, нежить и... Любить? Мне становится страшно от осознания того, что я могу навредить брату, если Киллароу выберет его, а не меня.
Бегая по кухне и собирая поздний ужин, почувствовал... О, нет! Без меня! Не позволю. Опрометью бросившись в купальню, застал весьма занимательную картинку: мой брат целовался с мальчишкой, переходя на шею и спускаясь ниже. И вот он уже с упоением ему отсасывает. С ужасом до меня дошло, что я хотел бы оказаться на его месте, при этом сначала избавившись от брата. Но вместо этого, раздевшись, присоединился к ним. И чтобы хоть как-то обозначить темного, как своего, стал оставлять отметины на его шее поглаживая грудь. Он мой! Не отдам.
Хотя, не стану отрицать, пока мы занимались любовью втроем, вокруг нас клубилась магия, какая именно, этого я понять не мог, лишь ее отголоски, но на какой-то миг мне стало даже комфортней оттого, что мальчишка принадлежит нам обоим. Как будто, это было правильно. Как и должнО быть. Странно все это.
Когда мы вошли в нашего мальчика вдвоем, я испытал непередаваемые ощущения. Единение душ и тел, небывалая эйфория, внутри скрутился тугой комок желания и нежности. В порыве страсти Килароу нас укусил, и я точно повторяя его, не смог удержаться от того же. Но на пике наслаждения мы этому не придали значения, только жар, появившийся на месте укуса напоминал о нем, но вскоре и он прошел. Да еще обиженная мордашка брата, когда он рассматривал покусанную конечность.
Довольные, расслабленные, мы с трудом добрались до кровати, где, обняв нашего мальчика с двух сторон, провалились в восстанавливающий сон.

А утром мы проснулись от истерического хохота темного. Сначала, не сообразив, что произошло, пытались понять его загадочные фразы. А вот когда поняли...
Чтооооооо!? Мы младшие мужья?! Но... Как такое возможно?! Почему?! Это же нереально, неслыханно и немыслимо!
Но факт оставался фактом. Ох, чувствует моя пятая точка, что сейчас для нас с братом начнутся веселые деньки. Более того, глядя в хитрые глаза темного, я просто почувствовал, что на этом его сюрпризы не закончатся. Только странно, почему он до сих пор молчит, а странно пятится к двери в купальню.
Открыв дверь, он повернулся к нам... От того, что он выдал, моя челюсть чуть было не встретилась с полом, еле успел подхватить.
- Ах ты, мелкий... - договорить Арти не успел, до меня, наконец, дошло, и я, закатившись в истеричном хохоте, схватил брата за руку и, падая на кровать, потянул следом за собой.
- Ну, Арти, и как мы будем решать, кому первому рожать? - сквозь всхлипы смеха спросил я.
- Как ты можешь об этом рассуждать, ты прекрасно знаешь, что рожать могут только женщины, мы же к их числу явно не относимся. Не может же он об этом не знать?
- Думаю, тут все может оказаться по другому или мы чего-то не знаем.
- В таком случае, лучше спросить, он, наверняка, более осведомлен о магическом союзе, раз с ходу определил значение татуировки. Да и вообще, тебе не кажется, что у нас слишком много вопросов накопилось? И ответов до сих пор нет, ни на один.
- Что ты предлагаешь? - изумленно посмотрел на меня Арти.
- Совместить расспросы, что же еще! - как само собой разумеющееся, ответил я.
Какое-то время мы молчали, каждый думал о своем. Но одно оставалось неизменным, чтобы не случалось в жизни, мы всегда останемся братьями.
- В любом случае, пока он купается нам стоит решить, где мы сможем спрятаться. Есть вполне реальный шанс, что в имперской полиции почувствовали теневую магию, - всегда восхищался способностью брата, отстраняясь от личных проблем, решать общие. - Как думаешь, стоит посоветоваться с отцом? В конечном счете, это он виноват, ОН предложил нам эти тату, Он заставил пообещать, что мы позаботимся о мальчишке. Теперь он должен нам помочь и с последствиями. Боюсь только,
он может от нас отвернуться, ведь...
- Не думаю, что ты прав, скорее всего, он прекрасно знал о возможных последствиях. Не зря у него дар предвиденья, - оборвав меня, поспешил успокоить меня брат.
Обсудив возможные пути бегства и наметив план ближайших действий, стали ждать малыша. Арти устроился головой на моих коленях, и я тихо перебирал его светлые волосы. Каким бы он не был, в душе он очень раним. За последний год, с момента появления малыша, мы стали ближе и одновременно дальше друг от друга, чувствуя любовь и ревность, одну на двоих.
Я почти задремал, как мысль, блуждающая на краю сознания, сформировалась окончательно. До меня внезапно дошло еще кое-что, ведь если мы младшие, то теперь не видать нам попки малыша, как своих ушей. Озвучив свою мысль я ждал, что скажет брат.
- Скорее всего, он и сам об этом не знает. И мы не станем его просвещать, то, о чем он не знает, он не сможет нам запретить. Думаю, на этом можно сыграть.
Коварная улыбка на его губах заставила меня напрячься. Зная взрывной и, порой, мстительный характер Арти, я всерьез обеспокоился, поэтому решил немного смягчить ситуацию, крайне не выгодную для темного.
- Знаешь, я, пожалуй, соглашусь на роль ведомого. Тогда малыш будет принадлежать только мне, - о, надо было видеть это лицо, сколько разочарования, а угрозы. Да, злись на меня, но будет так как я задумал.
- С чего это ты решил, что он будет только твоим? - насупившись, слегка с угрозой в голосе, поинтересовался Арти.
- Ну как же, ведь ты отказываешься от подобной роли, а другой вариант нам с тобой заказан, пока малыш сам осознанно не даст своего согласия, причем, не забывай этого, полностью осознавая последствия. А для этого надо его сначала просветить в этом вопросе, - хитро улыбаясь, ответил я.
- Думаю, я найду решение, - глаза сверкают, полные решимости. Уже начал думать, да брат? Ну, что же, это и в моих интересах. Но наверное, лучше отвлечь его, поэтому, кивнув в сторону купальни, произнес, - тебе не кажется, что он там слишком долго? Может, стоит узнать, что он делает там столько времени?
Брат, только хмыкнул, направляясь к дверям, ведущим к купальне. Остается надеяться, что со временем все недоразумения проясняться.

Глава 11

Крилароу

Тихий плеск ласкал слух, успокаивая расшатавшиеся нервы. Горячая вода, с примесью трав, помогала расслабиться напряженным мышцам, смывала усталость и восстанавливала силы, облегчая и ускоряя регенерацию последних повреждений. Покой и умиротворение пропитали помещение насквозь, и только мысли не желали быть в согласии с хозяином. Всплывали все тщательно спрятанные глубоко в душе эмоции и чувства.
Он плохо помнил ранние годы жизни, только небольшие отрезки, да самые яркие воспоминания пробивались иногда на поверхность разума. Об этом периоде ему лучше напоминали воспоминания наставника, отданные перед его смертью, но и их было крайне мало. И не потому что передано было мало, они были заблокированы, как сказал наставник «во избежания непредвиденных ситуаций и нарушений в психике». Воспоминаний было много, но открывались они постепенно, по мере надобности или потому, что просто пришло время узнать что-то новое, например, по учебной программе. Наставник был старым драконом, многое знал, многое умел, и много чему был непосредственным свидетелем. Вот только времени на обучение было слишком мало, ведь вначале необходимо было научить контролировать силу и магические потоки, умение принимать полусуть или полный оборот, на все это потребовалось много сил и терпения с обеих сторон. И только потом они приступили непосредственно к учебной программе, тогда как его сверстники проходили этот путь с точностью до наоборот. Со временем Крилароу убедился, что даже переданных знаний катастрофически не хватало, или наставник просто посчитал не нужным засорять ему голову лишними знаниями, мысль, что он сам об этом не знал, Крилароу отгонял, признанную как несостоятельную.
Само отношение наставника к маленькому воспитаннику со временем сильно изменилось. Если раньше он мог возиться с ним бесконечно долгое время, рассказывая истории и отвечая на бесконечные вопросы, не отходя от воспитанника ни на шаг, то постепенно отношение стало отстранено-безразличное. Все реже рассказывались истории, все реже проводились совместные вечера, наполненные раньше весельем и счастьем, все меньше внимания уделялось проблемам, возникающих при взрослении дракончика. Всего стало меньше, гораздо меньше, но если на уменьшенное внимание болезненной реакции не последовало, то на холодный, отстраненный взгляд, обращенный на Крилароу, доводил до истерик, выплескивающихся в потоке слез в подушку, обиду и вполне закономерный вопрос. За что? За что с ним так, он ведь не сделал ничего плохого, всегда слушался, старался не капризничать по пустякам, да и вообще, в последние года он стал очень сдержанным и предусмотрительным по отношению к наставнику. Чувство, что наставник предал его, многие годы не покидало молодого дракона, только сердце не успокаивалось и не желало принять происходящего, продолжая любить старого наставника со всей отчаянностью, присущей молодости.
Много позже Крилароу понял, что таким образом наставник защищал его от разрывающего чувства потери от своей смерти. Иногда он ловил взгляд наставника, когда тот думал, что Крилароу его не видит, наполненный болью и отчаянием. Тогда он не придавал этому внимания, считая, что просто кажется, что воображение выдавало желаемое за действительное. Как же сейчас он жалел, что так и не набрался смелости поговорить с наставником. Но время ушло, пройденного не вернешь при всем желании. Еще будет последняя возможность проститься с наставником, ведь тело его, все также должно лежать в старой пещере, где они жили, защищенной от случайного или намеренного проникновения.
Привычка с детства скрываться за показным равнодушием, выработанная с помощью наставника, со временем из маски превратилась в необходимость, а затем и стала настоящим состоянием подростка. Какими бы ни были эмоции, он всегда оставался спокойным. В академии не было друзей, но он не жалел об этом, никогда не жалел, потому что друзья появились. Здесь, в этом забытом демиургами месте, под руководством братьев-командиров, он обрел трех настоящих друзей, готовых помочь в трудную минуту и по первой просьбе. Именно здесь он оттаял, стал практически собой прошлым, стал улыбаться и даже смеяться над проказами и шутками друзей. Оттаял, чтобы снова пережить предательство, только уже командиров и теперь не знал как себя вести.
Он столько одновременно не переживал в своей жизни, как за последние сутки.
Последние сутки были крайне напряженные во всех смыслах. Еще одна странность произошедшего, поврежденная губа и ноющая попа не исцелились даже после четырех часов сна, в отличие от травмы головы, о которой мальчик, как это ни странно, помнил, но от которой, тем не менее, не осталось и следа. А ведь раньше и более серьезные повреждения проходили после пары часов полноценного отдыха, тогда как любой другой представитель драконьего племени регенерировал не меньше чем за шесть часов. Это если повреждения не относились даже к средней тяжести, в любом другом случае им на регенерацию требовалось гораздо больше времени и сил, как магических, так и физических. Наставник говорил, что, возможно, это магия мира так пытается обо мне заботиться, и так как я последний теневой, повысить возможность выживания редкого вида.
Выныривая из воспоминаний, в который раз осмотрел купальню, размером даже большим чем спальня, в отличие от немного мрачноватой комнаты, здесь было светло и ярко от наполняющих помещение красок. Небольшой бассейн, с всегда чистой и нужной температурой воды, ярко-голубого цвета соседствовал с душевой отгороженной от остального помещения стеклянной перегородкой. Душевая комнатка, по-другому и не назовешь, способная вместить в себя одновременно с десяток драконов, ну, или парочку в полусути с развернутыми крыльями, прямо с потолка которой, непрекращающимся потоком лилась вода, и только ближе к стенам ее поток уменьшался. При взгляде на душевую Крилароу передернуло, возвращая в воспоминания о проведенном там времени, и как он стонал радом со своими извращенцами… Своими? Бездна, этого еще не хватало считать их своими, ничего хуже придумать не возможно. И не важно, что искренне раньше восхищался ими и считал невероятно красивыми. Вернее, он и продолжает считать их красивыми и прочее, только глубокая обида точила изнутри, не принимая незаслуженного отношения. Ведь можно же было все сделать по-другому, не так. И его вины не было в том, что он отказался с ними разговаривать или рассказывать что-либо о себе, чтобы заслужить такое отношение. Тем не менее, оказавшись под его властью, они, сами того не желая, предоставили ему возможность отомстить.
Вздохнув, потянулся к стоящему рядом столику, уставленным всевозможными баночками с ароматным содержимым. Рассматривая бутыльки, мыслями снова вернулся к братьям-командирам. Мужья. Младшие. Вот уж никогда не думал, что обзаведусь супругом младшим или старшим, вообще каким-либо. Скорее прожил бы в одиночестве всю свою долгую жизнь, скрываясь сам и скрывая свою истинную сущность. А тут, сам того не ожидая, обзавелся супругом или точнее двумя супругами. Притягательными, красивыми, сильными, умными супругами. Покатав несколько раз слово на языке, меняя интонацию и силу голоса, пришел к выводу, что, пожалуй, все не так плохо и ему даже нравится звучание. Сссупруги. Супрррруги. Да, особенно с рычащей ноткой, произнесенное слово наиболее захватывало. Предвкушая, как они будут беситься на такое обращение, расплылся в блаженной улыбке, пообещал себе непременно выяснить степень возможного бешенства братьев, особое внимание, как наиболее вспыльчивому из братьев, уделить огненному Артангинсимусу.
Стук в двери оторвал от продумывания возможных планов мести и просто подколов для супругов. Предвкушающе улыбаясь, Крилароу вылез из бассейна, подхватил приготовленное полотенце и, завернувшись в него по самые пальчики ног, пошел в сторону дверей. Постояв немного рядом с выходом, постарался успокоиться и скрыть предвкушающую улыбку, становясь вновь нервничающим, запуганным ребенком. Становясь таким, каким и ожидают его увидеть братья.

*Продолжение следует...
запись создана: 06.03.2013 в 04:37

@темы: "слэш", "ориджитал", "миди", "NC-17", "фантастика", "фентази", "яой"